Раньше все было не так уж страшно. Пара таблеток, и ты летаешь по футбольному полю, и тебя просто не остановить. Напрашивается нехорошее слово – допинг. Вопрос: был ли этот допинг, вообще, или нет? И если был, то что это за «витамины», о которых так открыто когда-то оговорил сам Франц Беккенбауэр. После разоблачений исследования «Допинг в Германии до 1950 года и сегодня» лагерь бывших футболистов разделился на отрицающих допинг и на преуменьшающих всю его серьезность.
Признание «Кайзера»
К первой группе можно смело отнести Клауса Алоффса, Руди Феллера, Вольфганга Оверата и Уве Зеелера, который любил говорить: «Я никогда не употреблял допинг и не знаю никого, кто бы это делал». Несмотря даже на положительные результаты тестов на такое стимулирующее средство, как эфедрин, у игроков немецкой сборной на чемпионате мира 1966 года. Как выяснилось впоследствии, средство был в спрее от насморка, который использовался чуть ли не половиной команды.
Зеелер и Ко не внесли никакого вклада в дискуссию о негативном влиянии допинга в футболе. Тем самым, они поставили себя в неловкое положение, но не похоронили свою репутацию. Намного опаснее были не те, кто знал о запрещённых субстанциях, а те, кто преуменьшал их серьёзность, недооценивал эти препараты.
В этой связи стоит вспомнить о Франце Беккенбауэре. «Кайзер» хвастался в спортивной передаче тогда ещё второго немецкого телевидения на своём невинном баварском диалекте «витаминами», которые он получал. Что бы там внутри? Никто не знал. Все просто получали эти витаминки.
Спрашивается, только зачем он, Беккенбауэр в «Stern» в 1977-м критически отозвался о спортивной медицине? Когда его спросили, что он имел в виду, он просто иронично улыбнулся. Его высказывание «Допинг в футболе не имеет смысла» было явно лишним, ибо в таком виде спорта, как футбол, где многое зависит от атлетизма и выдержки, допинг может на многое оказать влияние.
Пауль Брайтнер, например, считает каждого, кто говорит, что допинга в 80-х не было, ханжой. Речь не идёт об осуждении или о чём-то другом. Был или не был?
Вот, нападающий Дитер Шатцшнайдер говорит, как оно на самом деле было: «Я не принимал допинг, но знаю: игроки принимали допинг. Не надо мне рассказывать сказки, что никто не был знаком с каптагоном. На западе Германии все уже тогда знали о нём».
Фатальное влияние на молодёжь
Каптагон, кто не знает, является стимулирующим средством, которое, между прочим, может привести даже к остановке сердца. Тони Шумахер в своей книге «Свисток» уже в 1987 году говорил об употреблении каптагона. За это его, кстати, «Кайзер» выкинул из сборной.
Шатцшнайдер считает, что всё это не так уж и страшно:
Я никогда не считал это чем-то плохим, и люди, которые что-то глотали, живут и сегодня.
Бернд Шустер:
Врачи и физиотерапевты всегда давали мне какие-то таблетки. Считаю допинг полезным лишь для восстановления.
Бывшие звёзды немецкого футбола подают очень печальный пример теперешним молодым футболистам. Как может положительно повлиять их расхлябанное мнение о допинге на взгляды молодых футболистов? Всё не так уж и плохо?! Опасный сигнал – сейчас, когда уже полупрофессиональные футболисты помогают себе всякими спреями, болеутоляющими и даже лёгкими наркотиками.
Показательна и реакция вице-президента DFB Райнера Коха: «В 1966-м понятие о допинге было совсем другим, чем сейчас. Спрей для носа был тогда ещё разрешён». Сегодня это был бы допинг. «Игроки в те времена поступали неправильно», – заключил председатель антидопинговой комиссии DFB.
Но раскаянием пока и не пахнет. Немецкий футбол, очевидно, имел проблемы с допингом – и имеет их до сих пор.
